Отечественная история и историография


Виталий Витальевич Тихонов Восприятие большевистской идеологии жителями Богородска (по материалам газеты «Богородский рабочий» за 1922 г)


Крушение Российской империи и последующие попытки создания нового социума поставили перед большевистским режимом задачу распространения новой идеологии, которая бы служила духовным ориентиром для человека в меняющемся мире. Очевидно, не все шло гладко. Люди не могли просто отказаться от сложившихся представлений. В этом контексте 1922 г. выбран не случайно: с одной стороны прошло пять лет с падения Российской империи, и новые установки должны были пустить кое-какие корни, а с другой – должен быть хорошо виден конфликт новой идеологии и прошлых ценностей. Имеет значение и выбор региона, поскольку идеологическое пространство по-разному формируется в зависимости от удаленности от столицы. Богородский уезд (ныне Ногинский район) подходит по тем причинам, что он в достаточной мере (в особенности учитывая тогдашние средства сообщения) удален от Москвы, но в то же время относительно близок, поэтому коммуникация со столицей всегда была устойчивой.

Главным печатным органов Богородского уезда в начале 1920-х. гг. была газета «Богородский рабочий». На страницах этого издания, написанного провинциальными журналистами, отразилась жизнь отдельно взятого подмосковного городка во всех его неярких красках. Итак, о чем же нам поведают местные хроникеры?

Несмотря на желание большевиков преподнести себя как власть народную, выражающую народные интересы и все делающую для удовлетворения чаяний простых людей, в противовес монархическому режиму, всё же обыватель нередко понимал революцию лишь как смену правителей. Так, например, находим следующим случай:

 «16 сентября на Истомкинской мануфактуре состоялось объединённое собрание делегатов фабрики и союза молодежи. Особенно пришлось говорить по вопросу: «о “переименовании фабрики”, где давалось несколько предложений… Скоро удалось убедить делегатов назвать именем товарища Троцкого. Интересно отметить один факт, который был сказан на собрании одним из делегатов, который выразился, “что, дескать, фабрику мы и назовем именем "товарища Троцкого", а он придет и объявит себя хозяином, так что опять и придётся работать на него?!”» [1]. Наивный вопрос вполне логичен, ведь до революции фабрики называли по имени владельца.

 Не менее показательны ответы пришедшим комсомольцам простых школьников на уроке политграмоты: «Для чего вы изучаете политграмоту? Один выскакивает: “а чтобы знать всё общество!”, а другой: “чтобы быть комсомольцем!”. – А кто правит Россией? – Один кричит – “Ленин!”, другой – “и Троцкий!”, комсомольцы протестуют и говорят – “у нас народная власть!”. – А чем царь отличается от Ленина? – Ничем – одна комсомолка кричит. Другие протестуют – она прячет стыдливо лицо»[2].

 Следует отметить, что отношение к власти лишь как к перемене главных действующих лиц, было характерно, видимо, для больших масс народа. И страх рабочего перед Троцким, который может прийти и забрать фабрику, и Ленин в качестве царя – наглядные тому подтверждения.

 Стремление большевиков практически каждый шаг во внутренней политике превратить в идеологическую кампанию, нередко наталкивалось на пассивное сопротивление, связанное с практической невыгодностью такого решения для граждан. Так, в номере за 10 сентября читаем: «В докладе о внутреннем положении т. Очередько особенно остановился на борьбе с народным злом – самогонкой, указав, что это зло все более и более захватывает пролетариат». После доклада докладчик предложил резолюцию: «Заслушав доклад о внутреннем враге пролетариата самогонке рабочие завода “Электросталь” считают это зло серьёзным и опасным врагом рабочего класса и примут все меры по борьбе как с самогонщиками, так и с пьянствующими, выбрасывая их из своей среды». Резолюция была принята, но не единогласно: «присутствующий на собрании гр. Климаков голосовал против резолюции, а компания его воздержалась от голосования и в прениях по этому вопросу компания эта высказывалась против борьбы с самогонкой, а на оборот, процветание таковой»[3].

 В этом отрывке показательно все, начиная от названия, столь характерного для советского общества на протяжении всей его истории. Любопытны и штампы. Журналист как бы показывает этого несознательного гражданина в качестве союзника «внутреннего врага», самогонки. Такое разделение на «своих» и «чужих», даже бытовых предметов и продуктов, тоже явление, связанное с новой идеологией.

 Да, настоящий пролетариат так себя не ведет, а как же надо? А вот так: «Праздник 5-ой годовщины в Затишье. Идет дождь, под ногами грязь и слякоть; перед воротами завода “Электросталь” толпа рабочих, из черного мрака ночи красными линиями выступают буквы цветового лозунга “Революцию творят и празднуют рабочие и крестьяне, октябрь их средство, коммунизм их цель”, читает рабочий вслух и в его голосе слышатся нотки “да это наш праздник, это мы его создали”»[4]. Но, все же, эта идейно выверенная заметка, вычурно пафосная, редкость на страницах «Богородского рабочего». Куда больше о борьбе за улучшение условий работы и жизни.

Ещё одним из знамений времени нового коммунистического общества стал атеизм. Но в традиционно религиозном обществе не так-то просто сразу насадить новое мировоззрение. Этой проблеме посвящена не одна газетная статья. «На фабрике работают местные крестьяне. Большинство рабочих плохо развиты и находятся под влиянием разных проходимцев. Рабочие подали в заводоуправление апелляцию о разрешении празднования церковных праздников, которых насчитали около 20 штук. Они развращены прежним заводоуправлением. Директор завода был спец, который теперь где-то в Москве открыл склад и торгует»[5]. Мы видим, что атеистическая компания наслаивается на компанию против «спецов». Показательно, что этот факт связывают не с пережитками царского режима, а с деятельностью современных врагов пролетариата. Проблемы оставались те же, но их причины менялись, а чаще просто наслаивались одна на другую. Очевидно также, что осуждение этой инициативы произошло по причине нежелания предоставлять лишние выходные, во время которых работа остановится.

Не лучше с атеистическим сознанием обстояло дело и за городом: «Проходя по мысу около деревни Крамлино, Ивановской волости, я увидел бревенчатое здание. Шагавший рядом со мной мужичок пояснил мне, что это их деревня строит новый “храм божий”… Не лучше ли вместо постройки церкви отремонтировать школу и внести подворный налог?»[6]

 Очевидно, что, с точки зрения автора, на место церкви должен прийти, скажем, храм науки, где детей научат политграмоте, а вместо сомнительных трат лучше выполнить свой долг перед государством. Причем, учитывая замечание автора, судя по всему, подворный налог здесь собирался плохо.

 Настоящую тревогу забили в другой статье под названием «Побольше внимания»: «Курсы учителей Боно… Это цвет интеллигенции. Наиболее честные, наиболее идейные, наиболее бескорыстные идут нести тяжёлую лямку учительства. И вот эта передовая интеллигенция говорит, что бог есть, потому что ничего не докажешь, что его нету, также как не докажешь, что он есть. Это говорят люди, несущие просвещение, науку трудящимся массам. Так разве возможна борьба с невежеством, темнотой, религиозным дурманом, когда даже учителя так невежественно темны. Каков вывод? Самих их нужно не только учить, но и воспитывать»[7]. Характерно пафосное начало: «идут нести тяжелую лямку учительства» (хотя вообще-то лямку тянут), но уничтожающая концовка резко с ним контрастирует.

Подводя итог, можно сказать, что создание нового идеологического пространства сталкивалось с сопротивлением как на идейном (религиозные представления), так и на бытовом уровне (сопротивление компании против самогонки). Тем не менее, также заметен своеобразный симбиоз уже сложившихся дореволюционных представлений и новых реалий.

Газета «Богородский рабочий» 1922 г. отразила идеологическую борьбу первых лет советской власти. Большевики стремились насадить новые социальные символы на место старых, тем самым как бы уничтожая «старое общество». Проблема в том, что прошлое не хотело умирать в одночасье.

Ссылки:

1.     Литевский. Суеверие // Богородский рабочий. 8. 10. 1922.

2.     Там же.

3.     На черную доску // Богородский рабочий. 10. 09. 1922.

4.     Праздник // Там же.

5.     Хомяков. На фабрике // Там же. 13.10.1922

6.     На селе // Там же. 10.09.1922

7.     Побольше внимания // Там же.


Опубликовано: Проблемы Московского края. Материалы седьмой научно-практической конференции (Москва, 23 ноября 2010 года. М., 2010.