Отечественная история и историография


Критика работ С.Н. Валка в годы борьбы с «буржуазным объективизмом» и «космополитизмом» (1948-1949)

 

С.Н. Валк – крупнейший специалист в области археографии и источниковедения. Его жизнь пришлась на сложную эпоху отечественной истории. Одним из самых трудных периодов его жизни, как и  интеллигенции в целом, стало время борьбы с «буржуазным объективизмом» и «космополитизмом» (1948-1949), когда труды С.Н. Валка подверглись резким критическим выпадам. Идеологические кампании послевоенного времени были важной формой контроля власти над интеллигенцией. Но если концепция кампаний спускалась сверху, то причины гонений на конкретных людей были  разными: «сигналы с мест», борьба за власть и научное влияние между различными группами ученых, личные отношения и т.д.

Поводом для критики стали две публикации историка: статья «Историческая наука в Ленинградском университете за 125 лет» (Труды юбилейной научной сессии ЛГУ. Секция исторических наук. Л., 1948. С. 3-79) и монография «Советская археография» (М.-Л., 1948). Статья об университете давала краткий очерк развития исторической науки в Ленинградском университете. При этом всячески подчеркивалось существование специфической научной школы. Книга, посвященная советской археографии, была первым в отечественной историографии монографическим обзором теоретических, методических проблем и истории публикации источников. Книга была написана в выдержанном тоне, оценки взвешены, показывалась связь между советской и дореволюционной наукой. Особую роль в развитии археографии С.Н. Валк отводил своему учителю А.С. Лаппо-Данилевскому.      

 7 апреля 1948 г. в газете «Ленинградский университет» писалось, что статья С.Н. Валка «преисполнена духом низкопоклонства перед старой буржуазной наукой в лице ее реакционных представителей». На заседании Ученого совета факультета статья была осуждена как проявление объективизма. За С.Н. Валка вступились коллеги: на обсуждении 11 ноября 1948 г. «Советской археографии» в ЛОИИ на нее дали положительную рецензию К.Н. Сербина и Б.А. Романов (Екатерина Николаевна Кушева – Борис Александрович Романов. Переписка 1940-1957 годов. / сост. В.М. Панеях. СПб., 2010. С. 68). Но уже в 12 номере «Вопросов истории» появилась редакционная статья «Против объективизма в исторической науке», где вновь осуждалась статья об исторической науке в Ленинградском университете. В феврале 1949 г. по собственному желанию историк отказался от заведывания группой истории СССР в ЛОИИ.

Несмотря на это, ситуация вокруг С.Н. Валка оставалась гораздо более спокойной, чем, например, вокруг Н.Л. Рубинштейна и И.И. Минца. На Ученом совете ЛОИИ 13 апреля 1949 г., когда уже бушевала кампания по борьбе с «безродным космополитизмом», заведующий ЛОИИ М.С. Иванов напомнил, что статья и монография С.Н. Валка написаны в объективистском духе, в них не проведены грани между буржуазной и советской исторической наукой (АРАН Ф. 1577. Оп. 2. Ед.хр. 211. Л. 8 об). Но на этом же заседании Ш.М. Левин заявил: «С.Н. Валк является работником, прислушивающимся к критике, и если бы была критика более четкой, то многих недостатков можно было бы избежать» (Там же. Л. 70). Фактически признавалось, что ошибки были, но они сделаны не намеренно и будут исправлены.    

Максимально благожелательной в сложившихся условиях оказалась и рецензия на книгу. В ней Б. Кочаков признал уникальность труда и то, что «С.Н. Валк в основном решил поставленные перед собой задачи». Тем не менее, он указал и на объективистские промахи (признание выдающейся роли А.С. Лаппо-Данилевского, призыв к публикации всех документов вне зависимости от их содержания и т.д.). Подводя итог, он писал: «Книгу необходимо переиздать в исправленном и дополненном виде». (Вопросы истории. 1951. № 5. С. 98-100).  

С.Н. Валк оказался под огнем критики по нескольким причинам: еврейское происхождение, «несоветский» подход к историческому исследованию, связь с дореволюционной академической традицией. По мнению Р.Ш. Ганелина, статья о Ленинградском университете вызвала неудовольствие и потому, что в ней проводилась мысль о существовании особой петербургской школы. Это расценили как криминал в свете «ленинградского дела». Кроме того, «статья выросла из доклада, сделанного на сессии по поводу юбилея Университета, с большой торжественность проведенной в 1944 г. его ректором А.А. Вознесенским». (Ганелин Р.Ш. Советские историки: о чем они говорили между собой. Страницы воспоминаний о 1940-х-1970-х годах. СПб., 2006. С. 122). Данные предположения вызывают сомнения. Пик критики работ С.Н. Валка прошел в 1948 г., а «ленинградское дело» датируется 1949 г. «Дело Госплана», связное с братом А.А. Вознесенского, Н.А. Вознесенским, также началось в 1949 г.  

В то же время С.Н. Валк отделался гораздо меньшими неприятностями, нежели многие другие жертвы процессов. В чем же причина? На наш взгляд правомерно замечание В.Г Чернухи, считающей, что «исход можно объяснить только отсутствием в его облике или характере чего-то раздражающего, усиливающего личную неприязнь». (Чернуха В.Г. Сигизмунд Натанович Валк // Историки России. Биографии. М., 2001. С. 622). Действительно, в условиях, когда борьба одних группировок историков с другими во многом направляла ход идеологических кампаний, такая незлобивость сильно помогала. Важно и то, что, видимо, коллектив ЛОИИ довольно сплоченно встал на защиту С.Н. Валка.    

Опубликовано: Проблемы дипломатики, кодикологии и актовой археографии. Материалы XXIV Международной научной конференции. Москва, 2-3 февраля 2012 г. М.: РГГУ, 2012. С. 509-512.